- InformNapalm - https://informnapalm.org -

150-я дивизия XXI века ВС РФ. Мифы и реальность

Общая ситуация в Вооруженных силах России не так радужна, как ее пытается представить кремлевская пропаганда. На фоне пиар-кампаний, демонстрирующих растущую мощь российской армии и создание новых монстров в виде ударных мотострелковых и танковых дивизий, готовых к броску на запад, сотни военнослужащих считают себя обманутыми и в личных беседах говорят о реальном положении дел в своих соединениях и Вооруженных силах РФ в целом. В настоящем обзоре речь пойдет о новой, 150-й мотострелковой дивизии, которая формируется в Ростовской области,  и в частности – о реальном положении дел в этом соединении.

«Стальной монстр» с подачи российской пропаганды

[1]4 августа 2017 года в российском издании «Известия» была опубликована статья о новой 150-й мотострелковой дивизии (МСД) с «уникальной организационно-штатной структурой», которая разворачивается возле украинской границы, в Ростовской области РФ. По версии издания [2], которое ссылается на собственные источники в МО РФ и экспертов, уникальность новой дивизии состоит в том, что ее основные структурные боевые единицы представлены не обычными тремя мотострелковыми (МСП) и одним танковым полком (ТП), а двумя мотострелковыми и двумя танковыми полками. Также в каждом МСП есть усиленные танковые батальоны, а в танковых полках – свои артиллерийские дивизионы. Кроме этого, в состав дивизии входят артиллерийский и зенитные полки, а также другие подразделения обеспечения.

В публикации отмечается, что среди российских военных 150-я МСД уже получила прозвище «стальной монстр», так как она обладает большой маневренностью и ударно-боевой мощью за счет сокращения личного состава и вспомогательной техники.

Мировое сообщество уже привыкло к подобным пиар-публикациям российских СМИ, рассчитанным на пропаганду и запугивание. Напоминаем, что 150-я мотострелковая дивизия с момента своего формирования была взята на особый контроль OSINT-группы международного разведывательного сообщества InformNapalm. В апреле 2017 года мы опубликовали [3]некоторые данные, связанные с процессом ее формирования и комплектования.

По итогам планового OSINT-мониторинга ситуации в приграничных с Украиной районах Ростовской области России, а также на основании сведений наших собственных источников, имеющих отношение к 150-й МСД ВС РФ, представляем обновленную информацию, отражающую реальное положение дел в этом ударном соединении российской армии.

Реальность

Структура и особенности формирования 150-й МСД

Организационно-штатная структура в общих чертах неплохо обрисована в российских источниках. Впрочем, эти данные не содержат детальной информации, которую удалось добыть нашему разведывательному сообществу на основании анализа сведений, собранных в результате мониторинга открытых источников и личных бесед с действующими или недавно уволившимися военнослужащими 150-й дивизии.

150-я мотострелковая Идрицко-Берлинская ордена Кутузова дивизия (в/ч 22265) 8-й общевойсковой армии Южного военного округа начала формироваться в конце 2016 года. Эта дивизия представлена как наследница 150-й стрелковой дивизии, сформированной в 1943 году и штурмовавшей в мае 1945 года Рейхстаг.

Штаб дивизии (управление, в/ч 22179) расположен в пос. Персиановка Октябрьского района Ростовской области. В состав дивизии входят: два мотострелковых полка – 102-й МСП (в/ч 91706) и 103-й МСП, основное вооружение – БМП-3; два танковых полка – 68-й ТП (в/ч 91714) и 163-й ТП (в/ч 84839), основное вооружение – танки Т-72Б3. Места дислокаций мотострелковых и танковых полков 150-й дивизии: пос. Персиановка, а также ближайшие полигоны – Кузьминский и Кадамовский. По имеющейся информации, комплектование МСП осуществлялось на базе бывшей 33-й отдельной мотострелковой бригады в Майкопе (Адыгея), а уже после передислокации в Ростовскую область – непосредственно в Персиановке. Танковые полки комплектовались в г. Будённовске Ставропольского края, на базе 205-й ОМСБр. К настоящему времени почти полностью укомплектованы 102-й МСП и 68-й ТП. Формирование 103-го МСП и 163-го ТП еще не закончено. Кроме основных ударных единиц, в состав дивизии входят: 933-й зенитно-ракетный полк (ЗРП), который формируется в Миллерово, и 381-й артиллерийский полк (АртП, в/ч 24390), формируемый на временной базе в районе полигона Кузьминский (по некоторым данным, артполк впоследствии будет перебазирован в Ростов-на-Дону). Кроме того, в состав дивизии входят отдельные подразделения обеспечения, в том числе: 174-й отдельный разведывательный батальон (ОРБ, в/ч 22265, пос. Персиановка); 258-й батальон связи (БС, в/ч 84881); 539-й отдельный инженерно-саперный батальон (ОИСБ, формируется на базе 11-й инженерной бригады, дислоцированной в Каменск-Шахтинске); 293-й отдельный батальон материального обеспечения (ОБМТО, в/ч 98591, г. Новочеркасск, п. Кадамовский); медицинский батальон; отдельные роты БПЛА, РЭБ, РХБЗ. Формирование дивизии должно быть завершено к концу 2017 года.

Информация о командном составе 150-й дивизии

Командир 150-й МСД генерал-майор Болгарев Петр Николаевич.

[4]По данным [5] Главного управления разведки Минобороны Украины, в 2015–2016 годах Петр Болгарев, еще в звании полковника, являлся командиром 4-й бригады 2-го армейского корпуса («ЛНР») российских оккупационных войск на Донбассе. Управление этими войсками осуществляется Генеральным штабом ВС РФ через центр территориальных войск Южного военного округа (некоторые установочные сведения  [6]на П. Болгарева приведены в базе данных  «Чистилище» центра «Миротворец»).

 

Заместитель командира 150-й МСД по работе с личным составом, полковник Дубков Павел Владимирович.

[7]До недавнего прошлого – заместитель командира по работе с л/с бывшей 33-й отдельной мотострелковой бригады (горной), дислоцировавшейся в Майкопе, Адыгея, на базе которой были сформированы мотострелковые полки 150-й дивизии. Дубков фигурирует [8]в скандале 2014 года, связанном с отказом четверых контрактников 33-й ОМСБр воевать в Украине.

 

 

Командир 102-го МСП полковник Мурадасилов Марат Солтанович.

[9]Родом из пос. Каясула Нефтекумского района Ставропольского края. Выпускник Ульяновского высшего танкового командного училища. Последние несколько лет военную службу проходил на 102-й российской военной базе, дислоцированной в Гюмри, Армения.

 

 

 

 

Комплектование и общая ситуация в подразделениях 150-й дивизии

На первых порах в МО РФ заявляли, что новые дивизии будут комплектоваться на контрактной основе. Отчасти так и произошло, но, если вникнуть в суть вопроса, вырисовывается следующая картина: в 150-й МСД контрактниками удалось укомплектовать лишь 2-й мотострелковый батальон 102-го мотострелкового полка. Остальные батальоны 102-го и 103-го полков укомплектованы в основном солдатами срочной службы, которых также не хватает. Для доукомплектования подразделений практикуется перевод солдат срочной службы, в том числе новобранцев, из других соединений округа. 174-й ОРБ также преимущественно укомплектован контрактниками, в частности его разведывательно-десантная рота (о формировании этих подразделений в соединениях ЮВО InformNapalm сообщал [10] ровно год назад). В 68-м и 163-м танковых полках присутствуют как срочники, так и контрактники, однако львиная часть военнослужащих контрактной службы танковых полков – это вчерашние солдаты и сержанты срочной службы, прошедшие специализированные профильные учебки, которых всеми правдами и неправдами удалось склонить к подписанию трехгодичного контракта.

Немного иначе дело обстоит с формированием мотострелковых полков, куда в основном набирали «бывалых» контрактников с опытом службы в горячих регионах, как действующих, с возможностью перевода в 150-ю дивизию, так и «приглашенных» из запаса.

Как отмечалось выше, большинство контрактников 150-й дивизии считают себя обманутыми.  В первую очередь, это касается денежного довольствия военнослужащих, которое вместо обещанного минимума в 35 тыс. рублей (585 долл.), составляет лишь 14800 (247 долл.). Зарплата контрактников формируется с учетом ряда компонентов, в том числе тарифной сетки, должности, выслуги и т.д. С учетом девальвации российского рубля и усугубляющегося кризиса, вызванного международными санкциями в связи с агрессивными действиями РФ, на эту мизерную зарплату невозможно прокормить семью из 2–3 человек.

Вторая проблема солдат-контрактников – отсутствие служебного жилья: большинство из них проживает в казармах с солдатами-срочниками, так как нет ни общежитий, ни денег для съемного жилья. Также недовольство военнослужащих контрактной службы обусловлено отношением к ним командования. Так, к новоиспеченным контрактникам после срочной службы относятся почти также, как к солдатам-срочникам. Для них не существует регламентированного рабочего дня, выходных с возможностью выхода за пределы части. Молодые контрактники, как и срочники, привлекаются к т.н. рабочкам (использование физического труда военнослужащих для обустройства мест дислокации и хозяйственных работ). Ну а опытные контрактники, знавшие более достойные условия службы, оказавшись в таких условиях, всеми способами, даже подпадая под непопулярнуюв личном деле  формулировку – НУК (нарушение условий контракта), – стараются вырваться из этих тисков лжи и беспредела.

Все это выражается в большой текучке кадров: некоторые контрактники, прослужив всего пару месяцев, ищут возможность перевестись в другие части или же увольняются в запас. Все это негативно сказывается на боеготовности подразделений 150-й МСД, которую уволившиеся  называют «показушной дивизией», предназначенной для смотров и парадов, но неспособной выполнять боевые задачи.

Несколько лучше обстоит дело с обустройством офицеров и старослужащих сверхсрочников (прапорщики, старшины) 150-й дивизии, которым выделяются служебные квартиры или же денежная компенсация для найма жилья вблизи места службы. Благосостояние офицеров, прапорщиков и старшин также обеспечивается за счет коррупционных схем и наживы, в том числе за счет сбора с солдат срочной службы дани «на хозяйственные нужды» подразделений. Деньги в карманы командиров всех мастей капают с периодических «распродаж» материального имущества и топлива на сторону. Так, хваленый автономный палаточный полевой лагерь одного из МСП в 40-градусную жару не вентилируется, так как дизельное топливо, выделенное для эих целей, было продано офицерами и прапорщиками-несунами.

В дивизии фиксируются и  неуставные отношения между военнослужащими, в частности проявление дедовщины со стороны контрактников, объединенных в кавказские или азиатские землячества, по отношению к солдатам-срочникам русской национальности. Солдат принуждают к непопулярным работам, внеочередным нарядам, используются т.н. подставы и мошенничество, вплоть до откровенного вымогательства.

Резюме

По мнению российских экспертов, новая 150-я МСД наделена уникальной организационно-штатной структурой, и этот «стальной монстр» соответствует веяниям нового времени и предназначен для современной высокотехнологичной и маневренной войны. Части и подразделения дивизии способны эффективно действовать в условиях применения высокоточного оружия и радиоэлектронных помех. Соединение не такое большое, как обычная мотострелковая дивизия, но превосходит танковую дивизию по огневой мощи. Вместе с тем отмечается, что эксперименты по формированию подобных соединений предпринимались в Советской армии еще в конце 1980-х годов (в ГДР), а также в начале нулевых годов этого века, но в обоих случаях оказались безрезультатными.

Специалисты, консультирующие InformNapalm, считают, что мощь соединения определяется не количеством «старого железа» (те же Т-72Б3 и БМП-3, возможно, и модернизированы по последним российским стандартам, но все же остаются машинами времен СССР), а современными технологиями и умением ими пользоваться, а также боевым духом военнослужащих. В 150-й дивизии мы наблюдаем значительное количество бронетехники – но недокомплект солдат и контрактников, набор военнослужащих без соответствующей подготовки, опыта и с нулевой мотивацией, что делает такое количество техники бессмысленным.

Возможно, российский Генштаб принял подобную структуру в связи с  невозможностью комплектовать именно пехотные части, так как танковые полки можно урезать до любого состава: на бумаге они числятся как полки, а техники с экипажами, готовой к боевому применению, может хватать лишь на батальон. Если в США и других армиях НАТО акцент делается на повышении технологичности подразделений, то Россия продолжает бряцать металлоломом прошлого века.

Насколько эффективно пехота в такой дивизии сможет защитить бронетехнику? Войны новейшей истории показывают, что танковые колонны в состоянии останавливать  «тачанки» на пикапах, оснащенные современными противотанковыми средствами (ПТУР).

Как показал анализ боевого применения механизированных дивизий в операции ВС США и их союзников в Ираке в 2003 году, сокращение численности личного состава и количества бронетехники соединений не снизило их боевые возможности – благодаря внедрению новейших образцов вооружения и военной техники, которые обеспечивают огневое, разведывательное и информационное превосходство над противником. Выходит, что россияне, наращивая количество техники, загодя прогнозируют большие потери и ничего не делают для их уменьшения – просто увеличивают количество мишеней. При этом сами же русские после военного вторжения в Грузию в 2008 году говорили о неповоротливости и неэффективности тяжелых дивизий и с 2010 года начали расформировывать их и переходить на бригадную основу.

Так с чем же мы имеем дело? Ударные возможности войсковых частей и соединений должны оставаться военной тайной, но российская пропаганда делает их достоянием общественности. Имея первичную информацию из российских СМИ, достаточно перепроверить информацию и провести доразведку, по результатам которой напрашивается вывод: в «страшилках» о 150-й дивизии больше бравады, чем реальных боевых возможностей.


Материал к публикации подготовил Ираклий Комахидзе [11] специально для сайта InformNapalm [12]. За помощь в анализе благодарим Дмитрий К

(Creative Commons — Attribution 4.0 International — CC BY 4.0 [13])
Жмите репост и делитесь с друзьями.
Подписывайтесь на страницы сообщества InformNapalm в
Фейсбук [14] / Твиттер [15] / Telegram [16]
и оперативно получайте информацию о новых материалах.