- IN SIGHT - https://informnapalm.org/blog -

Свобода слова vs. информационная война. По поводу украинских санкций против российских ИТ-компаний

Вот уже несколько дней украинский интернет-сегмент яростно спорит о запрете деятельности российских социальных сетей и сервисов, ведущих скрытую пропаганду Кремля в Украине.

Общество раскололось на тех, кто поддерживает данное решение о трехлетних санкциях против интернет-ресурсов государства-агрессора, и тех, кто беспокоится о нарушении одного из главных постулатов демократии – свободе слова.

Попробуем пояснить, почему в данном контексте вряд ли можно использовать понятие “свободы слова”.

Статья 34 [1] Конституции Украины определяет это понятие следующим образом:

Каждому гарантируется право на свободу мысли и слова, на свободное выражение своих взглядов и убеждений.

Каждый имеет право свободно собирать, хранить, использовать и распространять информацию устно, письменно или иным способом – по своему выбору.

Осуществление этих прав может быть ограничено законом в интересах национальной безопасности, территориальной целостности или общественного порядка с целью предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья населения, для защиты репутации или прав других лиц, предотвращения разглашения информации, полученной конфиденциально, или обеспечения авторитета и беспристрастности правосудия.

Вот уже три года мы живем в состоянии не только реальной войны, которая ведется Россией на Востоке Украины, но и в состоянии каждодневной информационной войны, которую агрессор ведет против всего цивилизованного мира. В новых условиях гибридной войны огромное внимание уделяется влиянию на сознание людей, изменению их восприятия действительности, следствием которого являются реальные физические действия, ведущие к разрушению нашего с вами мира.

Где заканчивается свобода слова и начинается откровенная пропаганда, которая несет смерть, разрушение и разжигание межнациональной розни? Если врач или юрист несколько раз совершают определенные ошибки – их лишают лицензии на деятельность. Почему журналисты, которые в наше время обладают большой властью над человеческим умом и соответствующе – над последующей жизнью страны и вектором ее развития, не могут быть привлечены к ответственности?

Мы ведь знаем, что случилось за последние три года. Мы знаем, почему так много людей на Донбассе в решающий момент стали выступать за Россию и против Украины – это ведь не было следствием реальных враждебных действий Украины по отношению к ним, это было следствием российской пропаганды, которая лилась на людей из телевизора и интернета в течение многих лет [2].

Именно эта пропаганда и стала причиной того, что в 2014 люди перекрывали дорогу украинским танкам, носились на вымышленные референдумы, а некоторые и до сих пор считают, что “россиянепричем” и “ихтамнет”.

То есть влияние на сознание повлекло за собой реальные человеческие смерти.

И вообще-то, именно за это уже судили как на Нюрнбергском процессе, так и на судебных процессах по делу Руанды.

Можно ли говорить о “цензуре” в состоянии войны? Можно ли вообще воспринимать российские ресурсы, которые находятся под непосредственным контролем Кремля и передают данные своих пользователей ФСБ – журналистами, работниками ИТ-сферы или СМИ?

О Яндексе и владении его акциями российским государством мы писали совсем недавно в статье “Гибридные войны: скрытая угроза «Яндекса» (инфографика)” [3].

Многие слышали о пресловутой “доктрине Герасимова”, в которой, в частности, речь идет о том, что в условиях современной реальности необходимо, наряду с ведением реальной войны, сосредоточиться на войне информационной. Ей уделяется огромное внимание и к методам этой войны относится в том числе и внедрение собственной идеологии, религии, образа жизни и мировоззрения.

Все это мы наблюдаем вот уже три года в Украине. Стоит лишь вспомнить истории о картах Яндекса во времена Майдана, которые показывали закрытые мосты в центр Киева в самые страшные февральские дни революции, что заставляло людей искать объездные пути и терять время. Время, которое стоило кому-то жизни… Это не преступление? И кто отвечает за него?

Когда какой-то определенный человек сидит в ВКонтакте и “просто слушает музыку”, он неизбежно подвергается воздействию российской пропаганды в форме рекламных объявлений, постов, картинок и так далее. Все это незаметно проникает в его сознание. Наркоман, чье сознание отравлено наркотиком, видит реальность совсем не такой, какой она является на самом деле, и это провоцирует его на определенные действия. При этом он обыкновенно убежден, что воспринимает реальность совершенно адекватно. То есть, убивая соседа, он уверен, что ликвидирует монстра на собственной кухне. Бесполезно пытаться убедить его в обратном. Единственное, что можно сделать – это лишить его наркотиков. Через какое-то время его сознание вернется в реальность и он будет способен оценивать ее адекватно.

Теперь по поводу “свободы печати”.

В последние три года, прикрываясь понятием “свободы печати”, СМИ используются для того, чтобы неустанно разжигать войну – тысячи, миллионы людей были оболванены, введены в заблуждение и даже напрямую посланы на смерть.

Wikipedia говорит по поводу понятия “свобода печати” следующее:

“Свобо́да печа́ти (англ. Freedom of the press) подразумевает конституционные гарантии независимого функционирования СМИ в отдельно взятой стране. Имеет кардинальное значение для построения демократии и поощрения гражданской активности. Трактуется как политическое право граждан свободно учреждать средства массовой информации и распространять любую печатную продукцию. Одно из старейших конституционно закрепляемых личных прав человека, являющееся составной частью более общего права — свободы информации”.

– “Право свободно распространять информацию” не означает договорняков с террористами [4] по поводу их следующего обстрела жилых кварталов, чтобы прибыть на место вовремя и успеть снять репортаж, который потом можно презентовать оболваненному народу как обстрел со стороны противника. Также это не означает распространения от начала и до конца выдуманных историй [5]. “Право на распространение информации” не включает в себя процесс закупки “информации” у подчиненного, оплачиваемого и полностью контролируемого преступным госрежимом органа СМИ другой страны, и дальнейшее распространение чудовищной лжи в собственной стране, что в конечном итоге приводит к тому, что общество этой самой страны-покупателя информации оказывается совершенно ложно информированным и получает абсолютно искаженную картину происходящего, как это было в Германии 2014-2015.

– Понятие “Свободное функционирование СМИ” не означает проведения интервью с террористами, которые действуют по указке фашистского режима и соответственно говорят то, что им было предписано, как и не предусматривает использования актеров для роли “пострадавших от рук карателей несчастных мирных жителей”. “Свободное функционирование”, как ни странно, даже не подразумевает того, что какая-то часть информации, или даже вся правда, умалчивается, изменяется [6] и тем самым приводит к дезинформированности населения, разжиганию агрессивных настроений и способствует совершенно ложной оценке ситуации [7].

– “Свобода слова”, т.е. свободное выражение своего мнения, не означает игнорирования представителей страны-жертвы и организацию talkshows исключительно с представителями государства-агрессора, как это происходило на протяжении 2014-2015 годов в Германии, как и не означает получения взяток от преступников с мнимой целью распространения их “мнения” под видом “свободного выражения”, а на деле – с целью изменения общественного мнения в той или иной стране.

Каждый журналист должен нести ответственность за свою работу. В случае доказанной халатности, взяточничества, преднамеренного распространения лживой и фальшивой информации этот журналист должен, по моему мнению, быть привлечен к ответственности. В первую очередь в форме запрета на профессию, а в некоторых случаях он должен и представать перед судом.

В любом случае я верю в то, что люди, совершившие подобное за последние три года, будут наказаны по меньшей мере своей дальнейшей судьбой, так как руки их в крови, даже если кажется, что они никогда их не марали. Эта гибридная война очень четко показала, что СЛОВО может убивать в буквальном смысле. В этой войне тысячи людей погибли именно из-за преступной деятельности тех, чьим оружием является одно лишь слово (или картинка), и кого принято называть “журналистами”.

“Свобода печати” должна получить более четкое определение в конституции, так как стало совершенно очевидно, что она очень быстро может стать орудием преступления, а именно самого страшного – орудием убийства.

9-го мая Россия, кроме того, инициировала проведение маршей “бессмертного полка” по всему миру, под эгидой “памяти о павших в борьбе с нацизмом”- мы писали об этом маскараде [8], использующим память героев для распространения коммунистических и пророссийских идей в мировом сообществе.

Нельзя забывать и о влиянии Кремля на граждан Украины с помощью религии, а именно Московского патриархата православной церкви. О том, что с помощью церкви антиукраинская пропаганда велась вот уже с 2008 года, мы писали в цикле наших статей FrolovLeaks [9]. Следующим шагом по противодействию российской агрессии  в Украине должен стать запрет Московского патриархата.


[10]Автор: Irina Schlegel [11], специально для сайта международного разведывательного сообщества InformNapalm [12].

При перепечатке и использовании материала активная ссылка на авторов и наш проект обязательна (Creative Commons — Attribution 4.0 International — CC BY 4.0 [13]).

Хотите оперативно получать оповещения о новых расследованиях InformNapalm?

 Подписывайтесь на страницу сообщества в Facebook [14].